Не ценят британские власти труды Генпрокуратуры. Министерство внутренних дел Великобритании предоставило политическое убежище партнеру Бориса Березовского по бизнесу, писателю Юлию Дубову. Естественно, ни о какой экстрадиции после этого и речи быть не могло. И хотя Дубов явно не рассматривался прокурорами как основной обвиняемый в деле о коварном похищении двух тысяч автомобилей, признание его политическим беженцем наделало шуму едва ли не больше, чем аналогичный шаг в отношении самого Березовского, предпринятый британским МВД месяц назад. Почему - понять можно.
Один политический беженец (бывший офицер ФСБ Александр Литвиненко) - это факт. Явление второго беженца (Березовского) - настораживает. Три - это тенденция. Неудивительно, что в день, когда Дубов получил этот статус, российско-британский диалог стремительно был сведен к выяснению единственного вопроса: «Ты меня уважаешь?»
Но задал его, конечно, не генпрокурор Владимир Устинов: во-первых, он и так подозревает, какого «высокого мнения» о нем в Британии, а во-вторых, на пренебрежение к плодам деятельности руководимого им трудового коллектива куда лучше ответить делом. Именно делами прокуратура и занялась. Делом Владимира Гусинского (рапорт об отправке в Грецию дополнительных материалов по его экстрадиции появился незамедлительно) и делом «ЮКОСа» (обыски, возобновившиеся еще за несколько дней до грустного для г-на Устинова события, продолжились с новой силой). Эх, все-таки не зря едят хлеб прокуроры, не зря! А что в душу им плюнули - так это каждый может, чай, не первый раз уже…
За молчаливых прокурорских работников вступился посол Григорий Карасин, объяснивший непонятливым британцам, что их решение «можно воспринять как проявление неуважения к той работе, которую честно и профессионально грамотно проводила в последние месяцы Генпрокуратура». А там последовало и официальное заявление МИДа: «Эти шаги нельзя квалифицировать иначе, как недружественные и противоречащие логике позитивного развития между нашими странами отношений, отмеченного в последние годы». Если перевести этот пассаж на русский язык, становится очевидно: сумела постоять за себя Россия. Не ударила в грязь лицом. Лицо, правда, у нее оказалось не очень симпатичное. Оскорбленное лицо прокурора.
© опубликовано в журнале "Русский фокус", № 35(117), октябрь 2003 г.
Комментариев нет:
Отправить комментарий